Профайл

Последний отзыв
Швейцария. Гоголь Как прекрасна (надо видеть) набережная Женевского озера. С хорошим настроением «прошлись» по набережной Монтрё, Вевея Было интересным увидеть места, связанные с пребыванием Гоголя в Швейцарии, увидеть памятник ему (поставленный Украиной совместно с Швейцарией в декабре 2009г..) Дополнить информацию пришлось по возвращении из тура ( с 01-13.10.2011 по маршруту Швейцария+ Париж) Итак, в июне 1836г. Гоголь выехал за границу; он провёл несколько месяцев в Швейцарии: останавливался в Женеве и Лозанне, посетил Шильонский замок и палац Вольтера в г. Ферней (на границе с Францией). В городе Вевей он начал работу над своим романом „Мёртвые души”. Дополнить хотела бы для следующих путешественников ( можно чего можно узнать из писем Гоголя — это очень интересная личность. Познакомьтесь с творчеством Золотусского И.П. - он во всем первый по творчеству Гоголя. О своих первых впечатлениях от этой страны он рассказывал в письмах: (его письма о Швейцарии по хронологии ) Из письма матери 23-11 авг. 1836 г., из Женевы) …..Уже около недели, как я в Швейцарии; проехал лучшие швейцарские города: Берн, Базель, Лозанну и четвертого дня приехал в Женеву (Из письма Погодину М.П (русский историк, писатель, журналист, у него в Москве жил Гоголь) - . 22/10 сентября 1836, из Женевы) ……Мне жаль, слишком жаль, что я не видался с тобою перед отъездом. Много я отнял у себя приятных минут... …на Руси есть такая изрядная коллекция гадких рож, что невтерпеж мне пришлось глядеть на них. Даже теперь плевать хочется, когда об них вспомню. Теперь передо мною чужбина, вокруг меня чужбина, но в сердце моем Русь, не гадкая Русь, но одна только прекрасная Русь: ты, да несколько других близких, да небольшое число заключивших в себе прекрасную душу и верный вкус. Я не пишу тебе ничего о моем путешествии. Впечатления мои уже прошли, уже я привык к окружающему, и потому описание его, сомневаюсь, чтобы было любопытно. Два предмета только поразили и остановили меня: Альпы да старые готические церкви. Осень наступила, и я должен положить свою дорожную палку в угол и заняться делом. Думаю остаться или в Женеве, или в Лозанне, или в Веве, где будет теплее (здесь нет наших теплых домов). Письма адресуй ко мне в Лозанну» Гоголь все-таки выбрал Женеву. Из письма Прокоповичу Н.Я (поэт, редактор первого 4-х томного сочинений Гоголя, его многолетний корреспондент и близкий друг — со времени учебы в нежинской гимназии) . 27/нов. стиля?) сентября 1836 из Женевы «Города швейцарские мало для меня были занимательны. Ни Базель, ни Берн, ни Лозанна не поразили. Женева лучше и огромнее их, остановила меня тем, что в ней есть что-то столично-европейское...» Он снял загородный дом в ее предместьях и окружил себя книгами. Перечитывал Мольера, Шекспира и Вальтера Скотта. Затем посетил имение Вольтера в Фернее: «Старик хорошо жил. К нему идет длинная, прекрасная аллея. Дом в два этажа из серенького камня. Из залы дверь в его спальню, которая была вместе и кабинетом его. Постель перестлана, одеяло старинное, кисейное, едва держится, и мне так и представлялось, что вот-вот отворяется дверь и войдет старик в знакомом парике, с отстегнутым бантом и спросит: "что вам угодно?" Сад очень хорош и велик. Старик знал, как его сделать... Я вздохнул и нацарапал русскими буквами мое имя, сам не отдавши себе отчета, для чего» Спустя неделю отправился в горы, провел там четыре дня и взобрался на вершину Монблана, свои впечатления он описал в письме матери (от 6 октября 1836г. из Женевы) В Женеве Гоголь провел более месяца. … Если ты когда-нибудь будешь в сем городе, то увидишь на памятнике Руссо начертанное русскими буквами к тебе послание. В сем городе я был в пансионе…» Однако местный климат – «иркутский климат Женевы» – заставил его перебраться в Веве, где писатель жил около месяца. Из письма Данилевскому А.С. - директор училищ Полтавской губернии, однокашник и корреспондент Гоголя - 23 окт. 1836 г. : Городок «с прекрасными синими и голубыми горами, его обнесшими» ему пришелся по душе. Русских там почти не было, Гоголю было одиноко и скучно. Каждый день он часами сидел в тенистой каштановой аллее над озером, а затем ровно в три часа дня ходил на пристань встречать вместе с местными жителями прибывающий пароход в надежде встретить Данилевского А.С., но увы …:» после чего я чувствовал почти полчаса какую-то бесчувственную скуку и уходил ее разветривать в мои прекрасные горы» …,,,»Я даже сделался более русским, чем французом, в Веве, и это все произошло оттого, что я начал здесь писать и продолжать моих "Мертвых Душ", которых было оставил. В письме Жуковскому он рассказывал о своей жизни в Веве ( от 12 ноября 1836 г., из Парижа): … Сначала было мне в Веве несколько скучно, потом я привык. На прогулках колотил палкою бегавших по сторонам ящериц, нацарапал даже свое имя русскими буквами в Шильонском подземелье, не посмел подписать его под двумя славными именами творца и переводчика "Шильонского узника" (Байрона и Жуковского), впрочем, не было даже и места. Под ними расписался какой-то Бурнашев. Внизу последней колонны, которая в тени, когда-нибудь русский путешественник разберет мое птичье имя, если не сядет на него англичанин) Там же: Осень в Веве, наконец, настала прекрасная, почти лето. У меня в комнате сделалось тепло, и я принялся за "Мертвые Души", которых было начал в Петербурге. Все начатое переделал я вновь, обдумал более весь план и теперь веду его спокойно, как летопись. Швейцария сделалась мне с тех пор лучше; серо-лилово-голубо-сине-розовые ее горы легче и воздушнее. Если совершу это творение так, как нужно его совершить, то... какой огромный, какой оригинальный сюжет. Какая разнообразная куча. Вся Русь явится в нем. Это будет первая моя порядочная вещь, – вещь, которая вынесет мое имя. Каждое утро в прибавление к завтраку вписывал я по три страницы в мою поэму, и смеху от этих страниц было для меня достаточно, чтобы усладить мой одинокий день Но, наконец, и в Веве сделалось холодно. Комната моя была нимало не тепла; лучшей я не мог найти. Мне тогда представился Петербург, наши теплые дома; мне живее тогда представились вы, вы в том самом виде, в каком встречали меня приходившего к вам, и брали меня за руку, и были рады моему приходу... И мне сделалось страшно скучно. Меня не веселили мои "Мертвые Души", я даже не имел в запасе столько веселости, чтобы продолжать их. Доктор советовал переменить место. Он и сам имел намерение провести зиму в Италии, но в Италии бушевала холера, итальянцы сами бежали и он отправился в Париж,» куда вовсе не располагал было ехать». ». Читать далее

Последние добавленные фото